Крупная фигура

Как еще не построенный небоскреб разделил парижан на эстетствующих рутинеров и экономически подкованных новаторов

Такова уж человеческая природа – воспринимать в штыки то новое, что выходит за привычные рамки. Тем более когда речь идет не о смене выцветших обоев на кухне, а о чем-то более масштабном. И особенно когда дело касается парижан, избалованных шедеврами архитектуры, скульптуры, живописи и кулинарии, которых на каждый квадратный метр французской столицы просто неприлично много.

Triangle Tower

Поэтому, в общем, неудивительно, что проект нового 42-этажного стеклянного небоскреба высотой в 180 метров, который городские власти предложили возвести в центральной части Парижа, вызвал оживленные споры и протесты горожан. Сооружение, напоминающее по форме гигантский стеклянный треугольник, в случае успешной реализации проекта станет первым парижским небоскребом за более чем 40 лет. Напомним, что строительство единственной высотки в историческом районе – башни Монпарнас – из-за дизайна, чуть более замысловатого, чем спичечный коробок, привело к тому, что 1975 году на строительство небоскребов в Париже был введен полный запрет.

Возведение небоскреба-треугольника, разработанного швейцарским бюро Herzog & de Meuron’s, известным своим смелым и нестандартным подходом к проектированию (на их счету, например, библиотека в форме амебы в городе Котбус), Городской совет Парижа с перевесом в пять голосов запретил, однако завершенной эту волнительную для парижан историю назвать нельзя. Мэр города Анн Идальго под недовольное бурчание консервативных горожан продолжает настаивать на строительстве и собирается опротестовать результаты голосования. «Не подлежит сомнению, что красота города – это его здания и сохранение их исторического облика; в мире не так много городов, которым удается сберечь свое культурное наследие. И, тем не менее, красота прошлого не должна останавливать нас в стремлении создавать красоту будущего. Баланс истории и прогресса – вопрос очень деликатный, особенно когда речь заходит об архитектуре. Но Париж должен развиваться, он не может просто превратиться в музей», – приводит слова решительного мэра The Guardian.

Мэр Парижа дает понять, что привычное привычным, но кризис, пардон, никто не отменял и рабочие места тоже создавать надо

Несмотря на то, что базельские архитекторы, создавая свой проект, изо всех сил старались не задеть чувств эстетствующих парижан (новое сооружение даже тень на соседние здания отбрасывать не будет), против гигантского треугольника выступают две трети горожан, а также всегда чем-то обеспокоенная партия зеленых, на этот раз сильно переживающая за чрезмерное потребление зданием энергии. Однако мэр Идальго парирует высказывания оппонентов, давая понять, что привычное привычным, но кризис, пардон, никто не отменял и рабочие места тоже создавать надо. Так что небоскреб, который поможет принести в казну города немалый доход, как нельзя кстати.

Сейчас Париж замер в ожидании. Ясно только одно – для французской столицы наступает по-настоящему исторический момент. Момент, без малого определяющий судьбу города, который либо останется архитектурно законсервированным, либо возьмет вектор на кардинальное изменение своего привычного облика (недавно местные власти объявили конкурс на лучшие архитектурные проекты в 23-х разных местах Парижа), отчего – пуркуа па? – легендарный город, может, и не потеряет своего величия и притягательности. Тем более что одна история про башню, которую многие с брезгливостью называли чудовищной и бесполезной, нам всем уже известна.

Юлия Любезнова