О жизни в России. Часть 2

Виктор Юрьевич, мастер по ремонту промышленного оборудования, много времени проводит в дороге. Своими размышлениями о том, что такое Россия, и как в ней живут люди, он уже поделился с главным редактором KnowRealty на прошлой неделе. Сегодня мы публикуем продолжение беседы.

132 Иллюстрация: Анастасия Тимофеева

О российских гостиницах

Путешествовать по России с остановками в придорожных гостиницах — удовольствие дорогое, это я знаю как человек, часто там останавливающийся. Есть гостиницы, надо сказать, более чем посредственные и с так-себе-сервисом, где за одну ночь берут по 2 тысячи. Самые дешёвые, по типу хостелов — от 300 рублей за ночь, но они ровно такие, как стоят; номер на человека — около 1200 рублей. А есть приятные неожиданности вроде небольшого отеля в местечке под названием Старая Русса, где за 1600 рублей я получил прекрасный номер с очень богатым шведским столом на утро, какого не видел, скажем, в европейских отелях с тремя-четыремя звёздами. Только там это туристические центры, а здесь — маленький городок в Новгородской области.

 

О капитализме и немножко — социализме

Человек человеку не волк. Во всяком случае — не везде. Например, в Ульяновской области есть деревня Старые Маклауши, где старый председатель колхоза (сейчас он глава фермерского хозяйства), и его сын кормят пенсионеров, работавших раньше у них, и школьников. Я сам видел этих стариков, которые приходят есть по талончикам в столовую и брать бесплатный хлеб. И помощь здесь совсем не условная, потому что каждый день, чтобы накормить всех стариков и детей, требуется около 70 кг мяса.

 

О главных и второстепенных дорогах

Проезжая только по главным дорогам, упускаешь много интересного. Например, если поехать не по федеральной трассе, а другой небольшой дорогой из Мордовии до Нижнего Новгорода, можно увидеть массу интересных мест — Болдино, где был дом дяди Пушкина, Сергея Львовича, и где рос тот самый «дуб зелёный», который на самом деле и не дуб вовсе, а огромная ива (правда, лет 8 назад она была повалена ударом молнии). А ещё в Мордовии, в Ардатовском районе, бьёт родничок недалеко от перекрёстка дорог. Это место облагродили, поставили там камень, высекли на нём отрывок из «Телеги жизни» и подписали: «По преданию, на этом месте останавливался великий русский поэт А.С. Пушкин, возвращаясь осенью 1833 года из Оренбурга в своё имение в Болдино». То есть, никто не утверждает, что он там останавливался, это же только предание. Но как приятно просто посидеть там, где — не наверняка, но всё-таки возможно — отдыхал и Пушкин.

 

О лихачестве на трассах

Безбашенные водители остаются в городах. Трассы сильно наказывают. Любая «борзость» — слишком большая скорость, неуважение к другим водителям, заносчивость — однажды может привести к необратимому: тут разбиваются, улетают и переворачиваются. И когда едешь со скоростью 120 км/ч и вдруг видишь перевёрнутую машину, это здорово отрезвляет. Мне один автомобилист рассказал, что проезжает расстояние от Серафимовича до Волгограда — а это 140 км — за 40 минут. Я прикинул — это же тогда надо ехать под 200 км/ч. Нет, говорит, я еду 240. Ну что с него спросить? Насколько нужно быть уверенным в себе, своей машине и дорогах, хотя дороги там оставляют желать лучшего? У меня водительский стаж 35 лет, и я не уверен. Но больше всего на трассах меня удивляют, конечно, междугородние пассажирские автобусы, которые меньше 110 км/ч вообще не ездят.

 

О Москве, которая слезам не верит

Когда я езжу один, стараюсь не «подбирать» никого на дороге. Подсаживаю, только если вижу, что человеку совсем плохо. Один раз остановился на заправке в Борисоглебске зимой, когда была сильная пурга, а оператор, увидев мои номера, говорит: «О, а тут ваш земляк только что был, пешком домой идёт». Я удивился — как пешком? Это же 300 км. Проехал немного, вижу в пурге в свете фар мелькает фигура, идущая вдоль дороги. Остановился, спросил, куда ему, и решил подвезти. Оказывается, он на попутках добирался из Москвы и так уже одолел 500 км. Мужику лет под 55, не от хорошей жизни решил уехать подработать в Москву сторожем. Приехал, поработал немного, заболел так, что не смог выйти на работу, и его выгнали без всяких денег. То есть, ему не на что было даже билет купить.

А в прошлом году на той же заправке другой мужик лет пятидесяти попросил довезти. Я сначала отказал, а потом что-то так жалко его стало — стоит с чемоданом, взгляд такой несчастный, и видно, что я ему не первый отказываю. Говорю, ладно, садись. По дороге он рассказал, что дела не идут, жена пилит, мол, денег нет, вот он и поехал в Москву на заработки таксистом. Как-то подвёз одну женщину с ребёнком, а она попросила коляску до квартиры донести. Он дверь машины захлопнул, но не закрыл. Пока поднял коляску и вернулся, прошло не более двух минут, а машины — не его, а таксопарка — на месте нет, угнали. Машину совсем скоро нашли, буквально через 5 минут, но с работы выгнали, и тоже без зарплаты. Этому, правда, больше повезло, он из Москвы домой летом шёл.

 

О правилах поведения на дороге

За 17 лет дальних командировок на машине у меня сложился целый свод правил безопасности на дороге. Во-первых, не ехать в тёмное время суток по крайней правой полосе — по обочине может идти случайный человек, которого ты просто не заметишь, а ещё зайцы с лисами прыгают на свет фар. Во-вторых, ночью всегда лучше ехать за фурой — скорость хорошая, а хамить ему — большому, длинному и тяжёлому — никто не будет: не подрежут, не «нырнут», не ослепят. В-третьих, хочешь спать — сразу останавливайся. Лучше не испытывать судьбу и поспать хотя бы 20-30 минут. В-четвёртых, не ездить в сумерки — в это время стёкла всегда бликуют, а фары бесполезны, потому что не видно ни их света, ни людей на обочине.

 

О стереотипах и мордвинах

За каждой национальностью закреплён определённый набор стереотипов. О мордвинах, например, говорят, что они очень вредные, «мордва, одним словом». По-моему опыту, мордвины, как и все, разные — бывают вредненькие, бывают нормальные. И, кстати, если в какой-нибудь деревне в Мордовии вам предложат поесть, будьте готовы, что вам принесут тазик с сырыми яйцами, хлеб и солонку. Или со словами «ну, покушайте молока» ожидаемо принесут молока. Есть хороший анекдот, очень точно мордвин характеризующий. У мордовца спрашивают: «Сколько национальностей на земле?» — «Три — мордва, русские и нерусские».

 

О мире и самых вкусных пирогах

По тому, как сохранились старые усадьбы в разных городах, можно судить, была ли там война. Например, в городе Устюжна дореволюционная архитектура сохранилась практически в прежнем виде. На набережной реки Мологи стоит гостиница, где останавливался «некто в партикулярном платье», наделавший в городе шума и ставший потом прообразом гоголевского Хлестакова (а это, на секундочку, начало 19 века). В 15 км от города — в посёлке Даниловское — двухсотлетняя «французская аллея», которую обустраивали пленённые наполеоновские солдаты, и которая, кстати, ведёт к усадьбе Куприна и поэта Батюшкова. Невооружённым глазом видно — здесь войны не было. А ещё в Устюжне готовят обалденнейшие пироги. Утверждают, что с зайчатиной.

 

О климате и характере

Климат, в котором живёт человек, отражается на характере очень ярко. Взять, например, российские города на юге — там люди более флегматичные, медлительные, как сонные мухи. А на севере более деятельные, этакие живчики. Всё это хорошо заметно даже по танцам: там, где жарко, не танцуют — как павы плывут; там, где холодно — надо двигаться, не то замёрзнешь.

Чем холоднее, тем суровее люди. Они более прямые, не обманывают. Скажем, работаешь ты на АЗС, продал плохую солярку, и человек застрял в дороге. Вот и подумай, что тебя ждёт, когда обманутый вернётся. Он же не скажет: «Ну как же так, зачем ты так плохо сделал?». Я разговаривал с людьми, которые работали с эвенками и бурятами. Как известно, все малые народности очень много пьют. И вот у одного местного эти ребята после совместной попойки стащили карабин, но не учли, что эвенки-то хорошо помнят, с кем пили. Выехали на дорогу, и тут не пойми откуда в них начинают стрелять, оставляя огромные дырки на машине. Ребята её бросили, в снег попрыгали и лежат. Только поднимаются — опять стреляют. Потом слышат, им орут, чтобы ружьё вернули. Они поехали назад, положили ружьё на место, и только тогда их выпустили. А северяне так и говорят: «Мы вас грохнем и в тундру уедем. Тундра большая, хрен найдёте». У них тайга — закон, медведь — хозяин. Там баловство и пустые обещания не пройдут, и обижать просто так нельзя, опасно.

 

О казаках и дне, который в радость

В Волгоградской области есть станица Кумылга, где живут казаки. Они с милицией даже улицы патрулируют — молодые, здоровые, штаны с лампасами. Вместо «Добрый день» тебе говорят «Утро тебе в радость» или «День тебе в радость». Удивительно, больше нигде такого не встречал.

 

О названиях, вошедших в обиход из-за жадности

Россия — это кладезь удивительных названий. Например, в Рязанской области есть деревня Снова-Здорово, и даже местные не знают, откуда оно взялось. А в Рязанской области есть небольшое село, которое сами местные называют Прот-угол. На самом-то деле, это сокращение от «Протасьев угол». По легенде, Василий Тёмный пожаловал князю Протасьеву столько земли, сколько он сможет объехать за день. Но тот на радостях отмерил себе довольно кривенький кусок в форме угла, потому ему и дали такое название.

 

Об альтернативном изучении истории

Названия населённых пунктов — это ещё и непаханное поле для историков. Например, кто-то предполагает, что по названиям сёл и деревень Воронежской области можно проследить историю строительства флота. По одной из версий, именно тут работали петровские корабельные мастеровые: якобы в селе Гвазда изготавливали гвозди для кораблей, а в Клёповке клепали днища суден. Но это лишь предположение: по другим данным, сёла под теми же названиями существовали и до Петра, а село Гвазда по понятным причинам имеет тот же корень, что и слово «изгваздаться».

 

О взгляде назад

Иногда нам даже невдомёк, что за какой-нибудь маленькой, невзрачной российской деревней стоит большая история. Скажем, в Ульяновской области, недалеко от Старых Маклауш, на реке Сура есть деревня, которая раньше была главным поставщиком осетра для царского стола, откуда рыбу возили в больших дубовых бочках. И, кстати, там же растёт редкая корабельная сосна, из которой во времена Петра I строили корабли для русского флота. Сейчас это особо охраняемая природная территория, и каждое дерево здесь пронумеровано.

 

О дорогах хуже некуда

Самые плохие дороги — во Владимирской области. Даже хуже, чем в Саратовской. Лет 6 назад я ехал из Шацка под Владимир. Позвонил на ферму, где меня уже ждали, и предупредил, что буду через 2-3 часа — там ехать-то 180 км. Меня спрашивают: «А вы где?» — «В Шацке». — «А, ну-ну». Понятно, почему — приехал я только через 7 часов.

 

О зарплатах в глуши

Люди в российских деревнях живут между плохо и очень плохо. Средня зарплата рабочего — 6-7 тысяч, у механизаторов и доярок побольше — до 20 000 в месяц в сезон. В хороших хозяйствах эта сумма ещё больше — до 60 тысяч, но, во-первых, это скорее исключение, а во-вторых — адский труд. Представьте себе: трёхразовая дойка (в 3 часа утра — первая, в 12 дня — вторая и в 8 вечера — третья), каждая — по 3 часа, количество коров — в среднем по 60. А ещё надо сдать молоко и вымыть аппараты. Так что в основном люди работают, но живут на своё хозяйство. Почему все деревни погибают? Потому что всеми правдами и неправдами родители пытаются дать детям нормальное образование и вытолкнуть из такой жизни.

 

О недовольстве

Деревенский житель хорошо понимает, какое у него плохое правительство, в день, когда получает зарплату. В этот момент для него плохи все власть имущие — от бригадира до Путина.

 

О русских и нерусских

На фермах сейчас есть кому работать, но те, кто из русского населения — почти все пьющие. Один управляющий фермы в Верхней Хаве в разговоре со мной клялся, что местных на работу больше брать не будет. А зачем? У него 10 семей молдован, которые доят коров, убирают ферму и не пьют. И всем-то они довольны: детей в школу пристроили, зимой в отпуск на родину ездят, здесь дом обустраивают, деньги в чулок складывают. А вот в другой деревне Латное всё в той же Воронежской области работают одни украинцы. Для них там построили целую общагу в 3 этажа, они тут зарабатывают и детям своим деньги отправляют.

 

О мафии

Был период, причём, не так давно, когда в деревнях всем заведовала мафия. Сейчас такого нет, фермер сам страшнее любой мафии, потому что за своё любому голову открутит.

 

О щедрости русского человека

Слухи о широте русской души несколько преувеличены. Душа нараспашку — это только после литра выпитой. А на трезвую голову — уж извините, нет.

Подготовила Юлия Исаева

30.11.2016