С незапамятных племен

Удивительно, в каких условиях может жить человек и называть это домом. Для кого-то родной дом — шикарный пентхаус у моря, для кого-то — «двушка» на окраине мегаполиса. А вот кто-то живет в домике из навоза и о другом даже не помышляет, потому что провел в нем все свое детство, молодость, и, вероятнее всего, проведет старость. 

В самом сердце Африки — Кении — до сих пор живет довольно большое племя масаев, для которых электронные часы — величайшее достижение технического прогресса, а скотоводство и все, что с ним связано, — единственная возможность выживания в жаркой саванне. За последние 200 лет в масайской деревне поменялось очень немногое. Разве что яркие разноцветные платки (а не тусклые коровьи шкуры) в качестве одежды — такова дань туристическому буму. Ведь на деньги, вырученные от посещения деревни богатыми европейцами или американцами, можно купить воду у соседей или отправить ребенка учиться в сельскую школу. В остальном их жизнь очень похожа на ту, что описана в книгах британских исследователей Африки начала 20 века.

Масаи до сих пор живут общинами, состоящими из близких и дальних родственников. Несколько семей строят маленькую деревушку, обычно на 8-12 абсолютно одинаковых домов, жилища в которой расположены по кругу и огорожены плотно сплетенным из колючего кустарника кольцом. Такая «система безопасности» объясняется довольно просто: место, где живут масаи, сегодня является национальным парком. Уничтожение диких животных здесь строго запрещено, поэтому какой-нибудь проголодавшийся леопард или лев запросто может пробраться в неогороженную деревню поживиться молодым теленком. Весь рогатый скот на ночь обязательно загоняют в это кольцо, хорошенько заперев «калитку», чтобы домашние животные по роковой случайности сами не вышли «на заклание» к хищникам. Свой рогатый скот масаи вообще очень берегут, так как для них скотоводство — это источник и пищи, и одежды, и топлива, и строительного материала. Даже любви без него не построишь: чтобы жениться на понравившейся девушке, юноша должен заплатить ее семье не меньше трех коров или коз, и никак иначе. Такая ценность скота объясняется еще и тем, что заниматься сельским хозяйством практически невозможно: земля в Кении твердая, глинистая, и плодородной ее никак не назовешь. Поэтому масаи в основном питаются дикой африканской зеленью, пьют молоко и по большим праздникам едят мясо. Кстати, особый деликатес у них — кровь, которую пьют из надреза на ноге или шее живого животного, а после трапезы бережно залечивают. Страшно гуманно. Говорят, такой напиток не только утоляет голод и жажду, но и невероятно полезен для здоровья: исцеляет от всех болячек, продлевает жизнь, ну и далее по списку, как полагается.

Сама архитектура масайского дома незамысловата и с виду напоминает покосившиеся землянки: каркас обычно возводят из деревянных прутьев, а затем облепляют обыкновенным навозом, который масаи не выбрасывают, а бережно хранят в качестве отличного строительного материала. Следует признать, что запах во всей деревне, да и внутри жилищ соответствующий — как в самом настоящем хлеву, который никто никогда не думал чистить. Но местные жители этого головокружительного амбре даже не замечают, так как сопровождает их он с самого рождения, а потому является естественным и даже родным. Крыша нового дома кроется толстым слоем пальмовых листьев, которые прекрасно защищают жилье даже в сезон дождей. Самих масаев «домоседами» не назовешь. В своей хибарке, независимо от погоды, они проводят очень мало времени, потому как все хозяйство у них натуральное, и то, каким будет их обед, напрямую зависит от того, что они раздобудут за пределами деревни. Дома же используются только для ночлега или приготовления пищи.

«Дизайн» и «интерьер» жилища максимально просты: одна относительно большая комната разделена несколькими перегородками на жилые зоны. Первая — это «кухня», представляющая собой земляную печь-очаг, которую используют для приготовления еды и обогрева ночью. Весь дым остается в помещении и лишь немного выветривается в маленькое окошко. Вторая зона — «спальня» с лежанкой, на которой спит вся семья, независимо от количества детей. А третья, отделенная от «спальни» условной перегородкой, — место ночлега мелкого рогатого скота и телят. Близость с детенышами животных понятна: с ними по ночам спать и теплее, и спокойнее, так как в случае чего они станут «живым щитом», самой легкой добычей для хищников, пробравшихся в деревню. Туалета в доме нет, и вообще, обычно он один на всю деревню, стоит где-нибудь на отшибе.

Хотя в каждой общине обязательно есть вождь, его условия жизни ничем не отличаются от соплеменников — дом не выше, листья на крыше не зеленее. Единственная привилегия вождя — неоспоримый авторитет, его решение всегда закон. Например, глава деревни должен одобрять браки, так как чаще всего они заключаются между юношами и девушками из разных общин, чтобы избежать кровосмешения, а терять работника или работницу никому не хочется. А если уж дал добро, по случаю свадьбы масаи устраивают гулянья с песнями и плясками и обязательно зажаривают на костре корову или козу. Кстати, огонь они могут в любой момент разжечь без спичек и зажигалок, при помощи трения палочки о солому, что и демонстрируют всем желающим за определенную плату.

Конечно, жизнь масаев непроста, и условия, в которых они живут, могут современному человеку показаться просто дикими: образование стоит немаленьких для них $10 в месяц, потребность покупать воду и еду в период засухи постоянно возрастает, а растущие города постепенно вытесняют аутентичных кенийцев. Но туда стоит съездить и познакомиться с ними поближе только для того, чтобы своими глазами увидеть: дом из навоза и отсутствие благ цивилизации совершенно не мешает им радоваться жизни. Масаям неизвестно, что такое депрессия и хандра, и они не страдают от необходимости заниматься нелюбимой работой. Между тем, каждый второй обладатель шикарного пентхауса у моря с этими недугами хорошо знаком.

Мария Богуславская

фото автора